типичный Горск.

Вселенная молчит — и это не поэтическая метафора, а данные, подтверждённые десятилетиями наблюдений, сотнями миллионов долларов, вбуханных в радиотелескопы, и абсолютным, звенящим, оглушительным отсутствием хоть какого-то сигнала. Мы искали. Мы очень старались. Мы направляли антенны на тысячи звёзд, прочёсывали миллионы частот, запускали зонды с золотыми пластинками, на которых нацарапали координаты нашего дома — жест одновременно трогательный и жалкий, как записка в бутылке, брошенная в океан размером в 93 миллиарда световых лет. И что мы получили в ответ? Ничего. Абсолютный, космический, неопровержимый ноль. Может, пора перестать утешать себя мыслью, что «они просто далеко» или «мы не там ищем», и посмотреть правде в глаза? Правда проста. Правда чудовищна. Правда в том, что никого нет. Нигде. Вообще. И если это так — а с каждым годом молчания эта гипотеза крепнет — то мы столкнулись не с загадкой, а с приговором. Приговором к абсолютной, безоговорочной, невыносимой ответственности за