Говорят день поэзии сегодня.

Души, судьбы — штамп стихов извечен.
Избы, месяц, полная луна…
Вечность и отложенная встреча…
Божий промысел и клёна вниз листва…
Штампы превращаются в штамповку.
Убегать пытаешься, едва ль.
То на сук осиновый верёвку,
То патрон последний, гладь и даль…
Слов ловцы силки поставят ловко.
Попадешься в негу и любовь.
Заковыка, изморозь, сноровка…
Повторяются из слога вновь и вновь.
Дед уставший, Родина, атака…
Ждёт жена с войны, горюет мать.
Заплутали мёртвые в отсеках.
И кровать, кровать, всегда кровать…
Чёрной зависти налёт… Снимаю шляпу.
Перед тем, кто знает, как писать.
Говорят, что божий дар встречался.
Днём, сейчас, с огнём не отыскать.
Виктор КрыловДуши, судьбы — штамп стихов извечен.
Избы, месяц, полная луна…
Вечность и отложенная встреча…
Божий промысел и клёна вниз листва…
Штампы превращаются в штамповку.
Убегать пытаешься, едва ль.
То на сук осиновый верёвку,
То патрон последний, гладь и даль…
Слов ловцы силки поставят ловко.
Попадешься в негу и любовь.
Заковыка, изморозь, сноровка…
Повторяются из слога вновь и вновь.
Дед уставший, Родина, атака…
Ждёт жена с войны, горюет мать.
Заплутали мёртвые в отсеках.
И кровать, кровать, всегда кровать…
Чёрной зависти налёт… Снимаю шляпу.
Перед тем, кто знает, как писать.
Говорят, что божий дар встречался.
Днём, сейчас, с огнём не отыскать.
Виктор Крылов