Королева в шоке

Глядя на счастливое лицо этой пожилой дамы, он с трудом набрался смелости: «Мадам, мне очень жаль, но вы должны понимать: этот человек – не ваш сын». Генриетта Тичборн с недоумением смотрела на бывшего учителя французского языка своего сына, месье Шатийона. — Нет-нет, вы просто не понимаете… Нужно принять во внимание: Роджер сильно пострадал при кораблекрушении и некоторых вещей просто не помнит, но я совершенно убеждена, это мой дорогой мальчик. В глазах ее было столько надежды и немой мольбы: «Не нужно разубеждать меня, я так счастлива, не лишайте меня этого утешения», — что Шатийон не стал продолжать, а только вежливо раскланялся. Позже он имел длительную беседу с другими членами семьи Тичборнов и им изложил все свои наблюдения. Этот молодой человек совершенно ничего не помнит о детских годах и о жизни во Франции, он не говорит по-французски, а месье Шатийон был хорошим преподавателем, и любой мог бы подтвердить, что он хорошо делал свою работу. Через несколько дней фальшивый лорд,

Вглядитесь в правую руку Папы Сикста II на «Сикстинской Мадонне». Видите? Кажется, там шесть пальцев. Неужели Рафаэль — гений Возрождения — допустил анатомическую ошибку? Оставил нам тайное послание? Намек? Как мог величайший художник эпохи Возрождения допустить такую ошибку? Или это не ошибка? При взгляде на полотно «Сикстинская Мадонна» особенно внимательные зрители начинают задаваться этими вопросами. Но самые внимательные знают ответ. Давайте разбираться в этой многовековой тайне. Шутка от гения Сторонники теории «скрытых смыслов» очень любят эту деталь. Их аргумент звучит красиво и логично: латинское имя «Сикст» (Sixtus) переводится как «Шестой». Получается, что Рафаэль, большой любитель символизма, таким наглядным способом подчеркнул имя святого. Более того, если присмотреться, и вся композиция картины будто завязана на цифру 6 (шесть главных фигур, шестой палец). Звучит интригующе, но есть одно «но»… Великий обман зрения Как только вы прочитаете эту версию, вы больше никогда не

Люба схватилась за живот, вот-вот готовая рухнуть наземь. Как поверить в обман! Всё ведь у них было настоящее: и венчание, и священник, и свидетели венцы над головами держали. И жизнь внутри нее зреет. Как же быть ей теперь, обманутой и брошенной? Вспомнились злые слова матери: «Все грех один, а ты шалая, шалая!» И почудилось, будто стоит она опять на обрыве перед рекой и смотрит вниз, как бежит вода. Раскинуть бы руки и улететь… С детства не знала счастья, и сейчас оно упорхнуло, словно и не было ничего. Мать лупила, отец пил, девчонкой несмышленой четырнадцати лет сбежала Люба Косицкая от такой жизни из деревни в Нижний Новгород, нанялась в услужение в богатый дом. Хозяйка ею довольна была, часто просила петь, а уж пела-то Люба — заслушаешься. Глубокий грудной голос так и рвет душу. Однажды хозяйка взяла девчонку с собой в театр, мол, послушай, как они там поют, да ты ничем не хуже. — Грешно это, барыня, — отнекивалась Любка, мать ей всегда говорила: балаганы да театры — всё рассадни

Жандармы удивлялись: «Такая красивая, такая молодая — и за что же ее?» Под плотной черной вуалью мадам Тарновская проследовала в зал суда. Ни один мускул не дрогнул на ее лице — все эти мужчины, такие слабые и податливые, были сами виноваты. Даже перед лицом приговора она была уверена: найдется мужчина, которого ее чары не оставят равнодушным. Потому что ей всегда удавалось использовать мужчин в своих целях, и не случалось еще такого, чтобы ее чары не сработали. Мария родилась 9 июля 1877 года в семье ирландского офицера Николая Морицовича О'Рурка и Елены Петровны Селецкой. Предки-ирландцы и казаки заставляли кровь этой красавицы бурлить и требовать приключений. Для нее невозможна была обыкновенная судьба. Сразу по окончании Института благородных девиц Мария выскочила замуж за сына и наследника династии сахаропромышленников Василия Васильевича Тарновского. Обвенчались они тайно, поскольку родители молодого человека были против его отношений с девицей скромного происхождения и без денег