2 апреля 1973 года в прокат вышел фильм Василия Шукшина «Печки-лавочки», где он выступил режиссером, сценаристом и актёром.

За лирическую комедию Шукшин взялся после того, как ему запретили экранизировать собственный роман «Я пришёл дать вам волю» о Степане Разине и предложили снять фильм о современности. Шукшин вспомнил про сценарий «Печках-лавочках», который отдал на киностудию ещё лет пять назад.
В главной роли Шукшин видел Леонида Куравлёва. Они уже успели поработать вместе на картинах «Живёт такой парень» и «Ваш сын и брат». Но тут Шукшина ждал неприятный сюрприз. Его любимый актёр к новой совместной работе интереса не проявил. Нет, он, конечно, пришёл на пробы, но явно ради того, чтоб не обидеть режиссёра.
Куравлёв отказался, после этого на роль пробовались популярные актеры Олег Борисов, Вадим Спиридонов и Георгий Мартынюк, но ни с одним не получилось "искры".
Сниматься сам Шукшин очень не хотел – он мечтал сыграть Степана Разина, а перед такой ролью все остальные меркли… Но времени на поиски главного героя не оставалось.
Сначала Шукшин хотел взять себе в партнёрши Нонну Мордюкову, но подумал, что она будет тянуть одеяло на себя. В результате получился «семейный подряд»: главную роль Шукшин сыграл сам, Нюру – его жена Лидия, а детей – их дочери Ольга и Мария.
Киностудия не хотела отправлять съёмочную группу на Алтай, ведь нужную сельскую фактуру можно было найти гораздо ближе, но режиссёр был непреклонен – или там, или нигде. Снимали в деревне Шульгин Лог, которая была недалеко от шукшинской деревни Сростки. В свою деревню режиссёр съёмочную группу везти категорически отказывался: «Не хочу мозолить глаза землячкам. Пересуды. Корысть людская. Не будь того, в Сростках бы и снимали».
И всё же, пересудов избежать не удалось. Земляки судачили, что Шукшин богатым стал и постоянно пытались у нег занять денег…
Однажды во время алтайских съёмок на съёмочную площадку приехал человек из райкома партии, которому поручили разобраться, что там снимает Шукшин. Он вынес странный вердикт: «Что за механизатор такой, который в разгар полевых работ едет на курорт?! Мало, что ли, у нас героических тружеников?».
Как водится, после этого посыпались проблемы – в местных газетах публиковали разгромные статьи, а фильм и вовсе собирались запретить к показу на Алтае. Интересно, что и сельские жители писали в Госкино, что лучше работу снимали бы, чем песни и пляски, а родной дядя Шукшина, который был председателем колхоза, сказал, что главный герой фильма уже давно «вчерашний день»…
Вот так безобидные «Печки-лавочки» оказались для Шукшина самым трудным фильмом – по заключению худсовета две трети готовой ленты надо было просто вычеркнуть. Но Шукшин сражался за каждую правку, и процесс затянулся почти на год. Были убраны почти все смачные выражения главных героев и намёки на деревенское пьянство, вырезан один из колоритных персонажей «из народа», пересняты титры и переделан финал.
«Печки-лавочки» получили третью прокатную категорию, а это значит, минимум копий, минимум афиш и показ только в окраинных кинотеатрах. Но вот тем, кто фильм все-таки увидел, путешествие наивных сельских жителей по большой России понравилось! И самому Шукшину выстраданные «Печки…» нравились – некоторые сцены он считал своим режиссёрским достижением.
Надо отметить, что Шукшин надеялся, что после фильма о паре колхозников, впервые отправившихся на курорт, он получит разрешение на историческую драму о Степане Разине. И действительно – через два года разрешение дали, но приступить к съёмкам Шукшин не успел…