Стелла Кьярри

Муж "перехитрил" жену — Аня, не забудь пакеты, они у входа! Я пока коробки вынесу, а то водитель уедет! — крикнув жене, Павел взял две большие коробки с посудой и вышел из квартиры. — Хорошо! — ответила Аня. Спустя три минуты она последовала за мужем, прихватив вещи. Об этом переезде Анна и Павел мечтали уже полтора года. Они были женаты пять лет, но до сих пор жили в съёмной квартире. Паша не хотел приобретать недвижимость в городе. Он был бизнесменом и всегда говорил, что ему хочется жить в загородном доме. Год назад Павел стал активно мониторить объявления с домами. Строить жильё с нуля мужчина не желал — слишком затратно это было. Они с Аней объехали много домов, прежде чем остановиться на одном конкретном варианте. — Как-то дорого, Паш. Может, присмотрим что-то подешевле? — пыталась переубедить мужа жена. — Нет, хочу именно этот дом! Я что, по-твоему, мало зарабатываю? — Нет, не мало, но всё же… — Тогда покупаем! Переживания Ани были ненапрасными. Сама она работала учительницей в начальных классах, и её зарплата была более чем скромной. Зато её супруг получал неплохие деньги. Паша всю жизнь был предпринимателем. Он ни разу не работал в найме. Мужчина перепробовал множество разных бизнесов, но последние несколько лет занимался только автозапчастями. Аня понимала, что её муж — умный, хитрый и активный мужчина, который никогда не останется без дела. Но она несколько раз видела, как бизнес Павла терпел убытки, и ему приходилось начинать всё сначала. Вспоминая эти моменты, Анне становилось страшно: а вдруг супруг снова сядет на мель? Как они тогда будут выплачивать ипотеку? Смирившись с решением мужа, Аня всё-таки согласилась с покупкой роскошного дома. В конце концов, она доверяла Паше и его деловой хватке. К тому же перспектива переезда за город казалась слишком заманчивой. Первые месяцы в новом доме были наполнены суетой и хлопотами. Аня с головой погрузилась в обустройство их семейного гнёздышка: выбирала обои, мебель, продумывала интерьер, составляла список необходимых покупок. Параллельно она работала — ездила на машине в город. Паша тоже много времени проводил в офисе, решая бизнес-вопросы. Постепенно Анна стала замечать, что муж отдалился от неё. Его звонки становились всё короче, а объяснения задержек на работе — более размытыми. Она пыталась не накручивать себя, но получалось у неё плохо. В итоге женщина задала прямой вопрос мужу: — У тебя кто-то есть? Скажи правду, умоляю тебя. — Ань, прекрати донимать меня своими фантазиями. Я как проклятый пашу, чтобы рассчитаться с долгами, а ты предъявляешь мне такие претензии. — Но я ведь вижу, что ты охладел ко мне. Помнишь, как мы мечтали о доме, детях, собаке… Сейчас мы совершенно не думаем о будущем. Будто тебе всё это не нужно. — Я повторяю: прекрати накручивать себя! Нет у меня никого! Хочешь, приезжай в офис и сиди там целыми днями, смотри, чем я занимаюсь. Слова мужа убедили Аню. После переезда он действительно возвращался с работы уставшим. Платить за ипотеку было невероятно сложно. Но спустя месяц супруга обнаружила кое-что интересное... Однажды, разбирая документы, Анна наткнулась на конверт, выпавший из старого портфеля Паши. Внутри оказалось заявление о расторжении брака и само свидетельство. — Что это? — проговорила женщина, вчитываясь в документы. Она плохо разбиралась в подобных вещах, но сразу поняла, что это означало. Аня целый день пыталась дозвониться до Павла, но тот не брал трубку, видимо, был слишком занят. Женщина так хотела во всём разобраться, что не выдержала и позвонила брату, Сергею. Он был юристом. Анна скинула ему документы и спросила его мнение. — Так вы развелись?! Почему ты мне об этом не говорила? Что у вас случилось? — Серёжа был ошеломлён этой новостью. — В том-то и дело, что мы не разводились. Даже не знаю, откуда у Паши это свидетельство о расторжении нашего брака. Может, оно фальшивое? — Хочешь сказать, ты не знала о разводе?! Судя по дате на свидетельстве, вы разведены чуть больше полугода. Ты получала уведомление? — Я… я… я честно не понимаю, что это такое! И почему Паша прятал от меня все эти документы! Как вообще ему удалось развестись со мной без моего согласия? А главное — зачем ему это надо было? Мы ведь живём вместе, и тему о разводе никогда не поднимали. Да, он изменился после переезда за город, но Паша просто стал работать больше, чтобы рассчитаться с ипотекой, — Аня говорила это, чуть не плача. Она доверяла мужу, он знал все ее пароли и имел доступ ко всем сервисам услуг от ее имени. — Постой! — внезапно Сергей прервал эмоциональный монолог сестрёнки. — А когда был куплен дом? — В том году, летом. А при чём здесь это? — То есть пять месяцев назад? — посчитав в уме, спросил Серёжа. — Получается, что так. — Кажется, я понял, в чём дело…© Стелла Кьярри Когда брат высказал свои предположения Ане, у неё случилась истерика. Она не могла поверить, что супруг поступил с ней так подло. Вечером Павел вернулся домой. Он даже не предполагал, какой скандал его там ожидает. Аня с порога накинулась на него с криками: — Ах ты! Как ты мог?! Решил тайком развестись со мной? Как ты всё это провернул? Это незаконно! Паша был ошарашен поведением супруги. Аня никогда не была скандальной женщиной. Все, даже самые неприятные, вопросы она пыталась разрешить мирным путём, без криков, а здесь её словно прорвало. — Прекрати истерику! Давай поговорим нормально, — Павел понимал суть претензии супруги, поэтому не стал отпираться. — Что это?! Скажи мне, что это такое? Это настоящие документы?! — крикнула Аня, швырнув в мужа свидетельство о расторжении брака, где были вписаны данные обоих супругов. Женщина всё ещё надеялась, что это был злой розыгрыш. — Да, прости меня. Перед покупкой дома я… мы… В общем, мы с тобой в разводе. Всё официально, но эта бумага ничего не меняет. Я как был твоим мужем, так и остаюсь им. — Зачем ты это сделал?! — эмоции стали захлёстывать Аню, и она расплакалась. — А как ты думала? Я столько сил и средств вложил в этот дом. Вдруг ты потом найдёшь себе кого-нибудь, подашь на развод и отсудишь половину недвижимости. Я не для этого столько работал, чтобы потом делить с кем-то своё имущество. — То есть ты провернул это дело, чтобы «в случае чего» я осталась ни с чем? — подытожила слова мужа Аня. — Да, так и есть. И я не стыжусь этого. Я бизнесмен и мыслю соответственно. — Хорошо, а если ты найдёшь себе кого-нибудь и подашь на развод, тогда что? Тогда это будет справедливо — оставить меня ни с чем? Ведь даже твой бизнес полностью записан на маму! Но я тоже вкладываю в нашу семью и деньги, и душу. Да, зарплата у меня не такая большая, как твой доход. Но я не меньше стараюсь для нашего общего блага. Так почему я должна лишаться всего? — вытерев слёзы, холодно спросила Аня. — Я не собираюсь тебя бросать, просто подстраховался. Сейчас много разных случаев бывает… — Нет, Паша, так не пойдёт. Я аннулирую этот развод. Думаешь, если я простая учительница, то глупая? Как бы не так. Я понимаю, что всё это незаконно. Ты специально подстроил всё так, чтобы я не узнала о разводе. Залез на мою страницу на госуслугах, уведомления перехватывал, чтобы я не пришла в суд, а подписи либо подделывал, либо подсовывал с другими документами. Знаешь, это ведь и на уголовный срок тянет! Или может, ты в суд ходил с другой женщиной, которая на меня похожа?! Формально супруг считается уведомлённым, даже если он «не знал» фактически о разводе, и если игнорировал заседания суда и супруг не выходит на связь, так ведь? Класс... — Да ты чего, Анька? Какой уголовный срок? Говорю же: я просто подстраховался, — по лицу мужа было ясно, что Анна попала в точку. — Так и я подстрахуюсь! — уверенно заявила Аня. Когда супруга раскрыла подлость мужа, у неё открылись глаза на истинную сущность их отношений. Паша был не просто умным и хитрым бизнесменом — он оказался человеком, для которого деньги и собственность были важнее семейных ценностей. Каким именно способом он сумел развести их, Анна даже не стала узнавать. Ей было все равно. Она знала, что у мужа есть куча знакомых и что он пойдет на все ради достижения цели. Даже противозаконной... Аня осознала, что все эти годы жила с мужем, который не доверял ей и видел в ней не любящую жену, а потенциальную угрозу своим финансовым интересам. Воспользовавшись юридическими услугами брата, женщина оспорила уже состоявшийся развод. Паша не препятствовал этому, понимая, что суд будет на стороне жены. — Ну, теперь довольна? Теперь этот дом — совместно нажитое имущество. Надеюсь, ты больше не станешь шантажировать меня уголовным сроком? — нахмурившись, спросил Павел. — Нет, не буду, хотя ты это и заслуживаешь. Но и жить вместе у нас уже не получится. Доверие — это основа семьи, а я тебе больше не доверяю. — Анечка, не руби сплеча. Подумаешь, оступился — с кем не бывает? Давай попробуем начать всё заново? — Павел не думал, что его авантюра приведет к таким последствиям. — Я дам тебе шанс, но не думаю, что из этого что-то получится… Анна оказалась права. Она так и не смогла долго оставаться в этом браке. Невозможно жить с человеком, который считает тебя потенциальным врагом и готов пойти на подлог ради сохранения своего имущества. Любовь Ани к Павлу умерла в тот момент, когда она узнала о его тайных действиях. В итоге женщина приняла единственно верное решение — уйти от человека, который не умел доверять и любить по-настоящему и разделить имущество, нажитое в браке. Пришлось Павлу отдавать бывшей жене то, чем так не хотел делиться... И никакой адвокат ему уже не помог... Перехитрил сам себя, и так бывает...

— Папа, ты нас, вообще, любишь? — возмутилась дочь Мужа Сони называли не иначе как «твой сухарь». А она только пожимала плечами. Лёва устраивал её таким, какой он есть. Лев и правда, не отличался нежным отношением к жене. Нет, нет, он её не бил, и даже голос не повышал, но вот так, чтобы подойти и обнять, чмокнуть мимоходом или любовно шлёпнуть по мягкому месту, такого за ним не замечалось. — Да я и сама не люблю все эти телячьи нежности, — оправдывала Соня мужа. — А вообще, Лёва очень надёжный и заботливый. Его не надо просить по десять раз что-то сделать. Его и дважды-то просить не надо. Только заикнусь, как уже всё исправно, куплено, вымыто. Так они и жили. Потом все удивлялись и иронизировали, как это у них дочь родилась? Девчушка росла спокойная, хлопот родителям не доставляла. Вот тогда-то все эти телячьи нежности и полезли из Сони. Оказывается, она их скрывала не только от мужа, но и от себя самой. Ну, раз муж такой, значит, и она тоже. А тут началось: минуты не проходило, чтоб она не поцеловала дочурку, не потискала её, ожидая, что у мужа тоже проснутся приливы нежности. Но и с рождением дочери Лев не изменился. Он делал всё, что от него требовалось: разводил смесь, вставал по ночам к дочке, если Соня болела, ходил с девочкой гулять, даже читал сказки, но голос его всегда оставался строгим и почти без эмоциональным, как будто бы он читал не сказку, а инструкцию по сборке шкафа. Малышка подрастала. Отец возил её на санках в садик. — Папа, побежали! — смеялась та, и папа бежал. Без улыбки, без смеха, как спринтер на соревнованиях. — Папа, я упала! — хохотала дочь, и отец возвращался, усаживал, выпавшую её, обратно на санки с тем же невозмутимым выражением лица и лишь мог спросить: «Ты не ударилась?». Получив отрицательный ответ, он молча вёз её дальше. Танюшка, так звали дочку Сони и Льва, становилась старше и уже могла сравнивать. Она видела, как некоторые отцы её подружек и одноклассниц могли весело играть с дочерями в снежки, дуя при этом на озябшие руки дочек, ласково называя тех уменьшительными именами. Катюшки, Леночки, Марусеньки окружали неизменную «Татьяну». И даже когда какая-нибудь подружка тайком жаловалась, что «папа обещал сделать скворечник, но забыл», Таня мысленно прощала чужого отца вместо подружки, даже лишь по одной причине: он обнимал свою дочку при встрече, называл её своей принцессой. Отец Тани никогда так не делал. Не называл её солнышком, не гладил по волосам, не обнимал. Она даже специально подлазилаему под руку, чтобы он погладил её по голове, но Лев серьёзно смотрел на дочь, трогал лоб и говорил, что температуры нет. Зато скворечник у Тани был лучшим в классе. Папе не надо было напоминать о нём сто раз. Утром дочь давала задание, вечером всё было готово. Ровные, гладенькие досочки, одна к одной, в виде хорошенького домика для синичек, украшали стол Тани. Она очень гордилась своим отцом, но временами ей не хватало его теплоты. — Мама, папа меня не любит? — как-то спросила Таня, пока была ещё маленькая. — Почему ты так решила? — мама опешила от такого вывода дочери. — Потому что он никогда не зовёт меня доченькой, как ты, или Танюшкой. И он не носит меня на плечах и не возит на спине, как это делают другие папы, — перечисляла свои претензии к отцу Таня. Она не помнила, как отец бежал с ней на руках по морозу несколько кварталов, когда она заболела и лежала, задыхаясь, дома с температурой, а скорая застряла в сугробе и долго не ехала. Она забыла, как отец держал её за руку, в тот момент, когда зубной врач сверлил ей больной зуб. Она еще многого не помнила или не хотела вспоминать. Соня попыталась переубедить дочку. — Милая, папа тебя любит, конечно же, любит! Просто у него такое лицо, всегда серьёзное. — Я же не прошу его хихикать, — вздохнула Таня, — а просто обняться. Соня передала мужу всё, чем поделилась с ней дочь. — Лёва, ты мог бы быть немного поласковей с Танюшей? — Сонь, ты же знаешь, я не умею. Меня отец отучил от всех этих выражений любви. Он говорил, что не мужское это дело сюсюкать и тискаться. Это он так боялся меня избаловать, испортить, «навредить» мне. — Ну, может, ты, хотя бы попробуешь? — не надеясь на успех, спросила Соня. — Это будет наигранно и неискренне. А наша дочь не глупая, она всё почувствует, и это будет ещё хуже. Может быть, она когда-нибудь поймёт. Соня не стала настаивать, решив, что жизнь всё расставит по своим местам. Таня выросла, вышла замуж. Даже на свадьбе отец сухо похлопал её по спине вместо того, чтобы крепко обнять. Ей повезло — муж был полной противоположностью её отца. Он любил подурачиться, обнимал Таню по делу и без, называл её ласковыми прозвищами. Маленькая, обиженная на отца девочка, спящая внутри взрослой девушки, постепенно оттаивала. Но когда у неё родилась дочка, обида вспыхнула с новой силой. Отец и с внучкой вёл себя также сухо. Приходя в гости, он заносил полные пакеты продуктов, нес игрушки внучке, заходил в комнату к малышке, бренчал у неё перед носом погремушкой и уходил. И Таня не выдержала. — Папа, ты нас, вообще, любишь? — спросила она отца, навестившего их в очередной раз. — Почему ты решила, что нет? — удивился Лев. — Ну ладно я, чёрт с ним, но твоя внучка, она же совсем малышка, а ты ни разу не взял её на руки, не обнял её, не показал ей «козу». Отец некоторое время молчал, словно подбирая слова. — Я по-другому не умею, — наконец сказал он. — Но это не значит, что я ничего не чувствую. А потом случилась беда. Заболела маленькая Лика. Муж Тани был в командировке, и она металась, разрываясь между дочерью, аптекой и магазином. Татьяна позвонила матери. — Мам, сможешь приехать? Хотя бы на сутки, — взмолилась она. — Танюш, я бы с радостью, но у меня как раз сдача проекта, уже время обговорено, — извинилась Соня и хотела что-то добавить, но дочь уже отключила вызов. И вдруг приехал отец. Без звонка, без предупреждения. Он вошёл в квартиру, поставил полные пакеты продуктов на стол в кухне, вымыл руки и сел рядом с кроваткой внучки. — Иди спать. Вон, глаза уже красные, как у рака, — сказал он Тане. — Я посижу. Она знала, что в чём в чём, а в этом она может полностью положиться на папу. Он часто сидел возле её кровати в детстве, когда она болела. И ей было хорошо и спокойно рядом с ним. Таня проснулась через четыре часа. Дочь тихо посапывала, отец на кухне заваривал свежий чай. — Иди поешь, — позвал он Таню. И сидя за столом рядом с отцом, она почувствовала, что ей так же хорошо и спокойно, как в детстве. И в памяти стали всплывать отдельные обрывки воспоминаний: вот тот же скворечник, сделанный за день; вот она проколола шину на велике, а на другой день всё было исправно, хоть она и никому и не говорила; вот отец с больной рукой поднимает её высоко, чтобы она посмотрела звезду на большой ёлке, и ещё много таких случаев вспомнились вдруг Тане. «Так может, любовь, это не всегда слова? А «сухарь», это не всегда чёрствый человек?» — поймала она себя на мысли. И в тот момент у неё защемило в груди от нежности и благодарности к папе. — Пап, — тихо произнесла она. — Что, дочь? — также тихо откликнулся отец. Таня подсела к нему ближе и положила голову ему на плечо и приобняла. — Я тебя очень люблю. Спасибо тебе, что ты есть! — Ну что ты, я ж твой папа… — он похлопал её по руке, и это для неё была самая лучшая нежность и признание в любви. Больше Татьяна в своем отце не сомневалась, и дочь свою она воспитывала с пониманием той самой, важной, истины.

— Я глава семейства, и мне решать! — заявил муж. Знакомство Николая и Елены состоялось в самом неожиданном месте: в больничной очереди. Опаздывая на работу, женщина умоляла других пациентов уступить ей своё место, но все отказывались. Лишь один Коля посочувствовал ей. — Девушка, идите вместо меня, я всё равно никуда не тороплюсь! — крикнул он Лене. — Спасибо! Спасибо вам большое! Выйдя от врача, Лена протянула Николаю свою рабочую визитку: — Возьмите, если у вас возникнут юридические вопросы, я вас бесплатно проконсультирую. Добро всегда должно вознаграждаться. Коля был удивлён такой благодарности незнакомки. Юридических вопросов у него не было, но он всё же набрался смелости и позвонил ей. Так влюбленные и стали встречаться. За плечами у каждого из них уже был неудачный брак, но теперь они смотрели в будущее с надеждой и оптимизмом. Лена искренне считала, что тот поступок Николая в больнице многое говорил о его характере. Её прежний муж был вечно злым, скандальным и никогда в жизни никого не пропускал вперёд. А Коля был другим — по крайней мере, так показалось Лене. Через полгода после знакомства мужчина неожиданно предложил возлюбленной съехаться. — Переезжай ко мне! Мы что, подростки, чтобы на свидания каждый день бегать? Пора переходить на более серьёзную стадию отношений. Лена думала около недели. Ей и самой не нравилось ездить на свидания после работы. В один из дней она собрала вещи и переехала в квартиру ухажёра. В тот момент женщина даже не подозревала, к чему это приведет. Первое время между влюблёнными было всё идеально. Они не просто сожительствовали, а считали себя супругами. Коля работал в торговой компании, а Лена — в юридической фирме. Мужчина и женщина вместе строили быт, отдыхали и даже познакомили друг друга с родственниками. Но спустя несколько месяцев Елена стала замечать, что Николай пытается ограничивать её свободу. Сначала он как бы невзначай не пускал её на встречи с подругами, говоря, что лучше бы это время они провели вместе. — Леночка, ты же умная женщина. Зачем тебе эти бабьи сплетни? Давай лучше закажем пиццу, сядем перед телевизором и посмотрим романтическую комедию? — Коленька, этим мы занимаемся чуть ли не каждый вечер! — хохотала в ответ Елена, но потом и вправду передумывала встречаться с подругами. Приучив любимую к домоседству, Коля стал действовать более решительно. Следующей его целью стали родственники Елены. — Зачем тебе ехать к сестре? Можно же и по телефону поговорить, — недовольно спрашивал он, когда возлюбленная собиралась ехать в гости. — Коля, ты же знаешь, что семья для меня — это святое. Я не могу не видеться с родными, — твёрдо отвечала она. Но мужчина не унимался. Он находил всё новые причины, чтобы отговорить любимую от встреч с близкими. — Что-то я плохо себя чувствую, давай не поедем к твоим родителям? — говорил он. Сначала Лена верила Николаю. Без него ей не хотелось ездить в гости. Но потом она поняла, что Коля хитрил и выдумывал причины, лишь бы самому никуда не ехать и при этом её не отпускать.Стелла Кьярри Когда женщина осознала это, она стала ездить к родственникам одна. Но такое поведение сильно раздражало Колю. Однажды он не выдержал и вспыхнул: — Ты постоянно куда-то уходишь! Мы муж и жена или соседи?! Неужели я тебе настолько неинтересен?! — Почему ты принимаешь всё на свой счёт? У меня есть родственники, и я хочу с ними встречаться. Не надо пытаться отрезать меня от всего, что мне дорого! Это ненормально, Коля! После этой ссоры Николай снова стал ласковым и внимательным. Он дарил возлюбленной цветы, говорил нежные слова и обещал измениться. Елена, растроганная таким поведением, верила мужчине и надеялась, что у них всё наладится. Но потом всё повторялось. Со временем Коля не просто стал пытаться контролировать все передвижения Лены. Его контроль распространился на каждый аспект жизни женщины. Сначала Николай стал мягко намекать Елене, что не стоит носить «вызывающую» одежду. Короткие юбки, прозрачные блузки, откровенные платья — всё это, по мнению Коли, носили только легкомысленные особы. — Ты что, собралась на свидание? — ехидно спрашивал мужчина при виде возлюбленной в умерено облегающем платье. — Это моя рабочая одежда. Это же классика! — оправдывалась Лена, сама того не осознавая. Несмотря на возмущения мужчины, она всё равно поступала по-своему. Коле не нравился упрямый нрав женщины, и вскоре он перешёл к более радикальным мерам. Мужчина стал прятать вещи сожительницы. — Ты не видел мою белую блузку? Она лежала на стуле. Я её вчера специально погладила, чтобы надеть на работу, — спрашивала Лена. — Это та, через которую бельё было видно? Нет, не видел. Может, ей стыдно стало, и она сбежала? — ухмыляясь, отвечал Коля. Лена находила свои наряды в самых неожиданных местах: завёрнутыми в пакеты на верхней полке шкафа, спрятанными в глубине гардероба. А однажды она даже обнаружила свои чулки в мусорном ведре. — Я ничего не трогал! Это не я! Наверное, ты их сама выбросила и не помнишь, — отнекивался Коля. Елена прекрасно понимала, что Николай врёт. Но к тому моменту она уже настолько привыкла жить с ним, что решила: ничего страшного в таком контроле нет. Так продолжалось до тех пор, пока однажды Лена не сходила в парикмахерскую… — Коля, я дома! Ты где? — вернувшись домой, женщина планировала принять душ, поужинать, приготовить что-нибудь на завтра, просмотреть документы и лечь спать. Но все её планы рухнули, когда Николай вышел из гостиной. Увидев Лену, Коля замер в недоумении. — Это что такое?! — крикнул он, глядя прямо на женщину. — Где? Что? — удивилась Лена и от страха даже стала осматривать себя. — На голове! Что это такое?! — А, ты об этом? Фух! Ты меня напугал! Это моя новая причёска. Как тебе? Давно мечтала о каре с чёлкой. Надоели длинные волосы, столько ухода они требуют… — Ты в своём уме?! Что ты наделала?! Иди и сделай всё как было! — Коля аж вспотел и покраснел от злости. — Что вернуть? Волосы? — усмехнувшись, удивлённо спросила женщина. — Да, волосы! Я не разрешал тебе делать такую убогую причёску! Почему ты со мной не посоветовалась, прежде чем кардинально менять свой образ?! — Эм… Может, потому, что это мои волосы и мой образ? Я же не говорю тебе, когда и как стричься. Почему ты считаешь, что имеешь право мне диктовать условия?! — Потому что я твой муж! Глава семейства! Без моего ведома ты не имела права стричь волосы! Придётся тебе нарастить их обратно, а чёлку уложить гелем так, чтобы я её не видел! И ещё: избавься от красного маникюра на ногтях! Это вульгарно! Таким образом ты просто кричишь о том, что тебе не хватает мужского внимания! Лена замерла в изумлении. Она никогда не думала, что безобидная стрижка может вызвать у Коли такую бурю эмоций. В этот момент женщина стала понимать, насколько далеко зашёл контроль её партнёра. — Ну, знаешь ли! Не тебе решать, в какой цвет красить мне ногти! И моя причёска — не твоё дело! — грубо ответила Елена, когда Николай уже стал уходить обратно в гостиную. Её тон не понравился мужчине. Он обернулся и бросил на сожительницу такой гневный взгляд, какого Елена никогда прежде не видела. — Повтори! — угрожающе проговорил он. — Я сказала, что буду делать то, что хочу! А ты держи своё мнение при себе! — также твёрдо ответила женщина и сразу об этом пожалела. Разъярённый Николай резко дёрнулся с места, подошёл к сожительнице, схватил её и подвёл её лицо к своему. — Что ты сказала?! — прорычал он. — Ай, мне больно! Отпусти! — отчаянно закричала Елена. — То-то же! Ещё раз скажешь что-то против — пожалеешь об этом! — процедил мужчина. Он оттолкнул Лену, и она упала на пол. Эта ужасная сцена настолько потрясла женщину, что она долго не могла прийти в себя. Елена совершенно не узнавала Колю. За время их совместной жизни он кардинально изменился. Тот, кто когда-то был заботливым и внимательным, превратился в настоящего тирана. На следующий день после этого скандала Лена отпросилась с работы пораньше. Она не хотела, чтобы Коля увидел, как она собирает вещи. Вдруг он снова выйдет из себя и нападёт на неё? Когда Николай вернулся и не обнаружил ни сожительницы, ни её вещей дома, он пришёл в ярость. В поисках возлюбленной мужчина обзвонил всех её друзей и родственников. Естественно, никто не выдал местонахождение Лены. Боясь возвращаться в свою квартиру, женщина временно перебралась к подруге. У неё она прожила месяц, а потом решила вернуться к себе, но вскоре пожалела об этом. Николай не оставлял Елену в покое. Он постоянно приходил к её дому, караулил возле подъезда, угрожал физической расправой. Даже после того, как она подала заявление в полицию, его поведение не изменилось. Он словно с катушек слетел. Опасаясь за свою жизнь и здоровье, Елена была вынуждена не только сменить место жительства и работу, но и переехать в другой город. И даже там он каким-то образом ее выследил. Николай подкараулил Лену у подъезда и напал: повезло, что мимо проезжала полицейская патрульная машина. Елене удалось отделаться испугом и все обошлось. Она дала показания против Николая и того задержали. И только после задержания и пребывания в заключении, Николай, наконец, исчез из жизни Елены. Женщина, правда, еще долго боялась преследования, и ей пришлось пройти терапию с психологом. И все же со временем ее жизнь наладилась. Эта история стала для Елены серьёзным уроком. Теперь она тщательно выбирала людей, с которыми сближалась, и никогда не игнорировала тревожные звоночки в отношениях.

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

— Это не твой ребёнок! — заявила свекровь сыну — Это не твой ребёнок! Артём, раскрой глаза! Разве ты не видишь, что он совсем не похож на тебя! — Мама, прекрати изводить меня своими глупыми фантазиями! Ты, как свекровь из анекдотов — невзлюбила невестку, а теперь твердишь без остановки, что Катя мне неверна. Тебе самой не противно заниматься этим? Ты же здравомыслящая женщина! Смирись с тем, что твой сын взрослый и живёт счастливой семейной жизнью! — То есть ты считаешь, что во мне говорит ревность? — Анастасию Васильевну задело сравнение сына со свекровью из анекдотов. Ведь она действительно была здравомыслящей женщиной и именно поэтому хотела раскрыть глаза Артёму, а не потому, что не могла его отпустить. — А что это ещё, если не ревность? Мам, давай договоримся: ты не лезешь в мою жизнь, а я продолжаю с тобой общаться, как раньше. Но если ты и дальше будешь наговаривать на Катю, я буду вынужден прекратить наши отношения. — Знаешь, сынок, я тебе помогу с этим. Не звони мне больше. Живи как знаешь, а я не хочу смотреть, как тобой помыкают и пользуются. Когда осознаешь свою ошибку, тогда и поговорим об этом, — эти слова дались Анастасии Васильевне нелегко, но по-другому она не могла. Ей было обидно и больно за сына, который никак не желал к ней прислушиваться. Анастасия Васильевна растила Артёма одна. Когда мальчику было два года, супруг женщины бросил семью. Борис просто исчез из их жизни, но это не сломило Настю. Да, тогда она была молода и глупа, но крепка духом. Работая на двух работах, женщина не собиралась сдаваться. Она делала всё возможное и невозможное, чтобы сын ни в чём не нуждался. Когда Артёму исполнилось двадцать пять, он познакомил маму с Катей. Анастасия Васильевна была рада услышать, что сын решил жениться. Екатерина производила впечатление умной, доброй и отзывчивой девушки. Но после свадьбы мнение свекрови изменилось. Это не было связано с ревностью матери. Напротив, Анастасия Васильевна желала молодым только счастья, но её сердце и жизненный опыт подсказывали, что невестка не та, за кого себя выдавала. Мать видела, как откровенно Катя пользовалась её сыном. Девушка уволилась сразу после свадьбы, сказав, что устала работать. — А как же вы купите квартиру, если ты не работаешь? Сейчас ставки по ипотеке невероятно высокие. Вряд ли Артём один потянет такие выплаты, — переживала женщина. — А это вас уже не касается. Артём хорошо зарабатывает. Не забывайте, он ведь в IT-сфере работает, — Катя говорила это таким тоном, что все иллюзии у свекрови сразу рассеялись. — Я знаю, где он и кем работает. И сколько получает, мне известно, но ведь речь сейчас не об этом… — Я же сказала: вас это не касается! Не лезьте в нашу семью, Анастасия Васильевна! У Тёмы есть возможности содержать меня и одновременно выплачивать ипотеку! — невестка грубо перебила свекровь. После этого неприятного разговора мать Артёма стала молча наблюдать за супругами. Она ничего не говорила сыну о том, что его жена — типичная меркантильная кукла. Если он любил её и был счастлив, то мать была готова закрыть на это глаза. Но её терпение лопнуло, когда у молодых супругов родился ребёнок. — Мам, знакомься, это Матвейка. Наш любимый сынок, — Артём с таким трепетом смотрел на новорождённого ребёнка, что Анастасия Васильевна даже прослезилась при виде этой умилительной картины. — Ой, какой он маленький! Просто крошечный! — взяв внука на руки, бабушка не могла скрыть своей нежности. Но в следующую минуту её выражение лица изменилось. — Что случилось? — забеспокоился Артём, заметив перемены в настроении матери. — У него что, глаза карие? — удивлённым тоном спросила женщина. — Пока непонятно. Катя сказала, что у новорождённых детей цвет глаз может меняться, — ответил Артём. С этого дня Анастасия Васильевна стала молча наблюдать не только за невесткой, но и за собственным внуком. Ей не давали покоя цвет его глаз. Она искренне надеялась, что слова сына окажутся правдой, и с возрастом Матвей из кареглазого мальчугана превратится в голубоглазого. Но ребёнок рос, а ничего не менялось. Более того, его светлые волосы в виде пушка родители вскоре сбрили, и вместо них у мальчика стала расти чёрная и густая шевелюра. Когда внуку исполнилось три года, Анастасия Васильевна не выдержала и решила поговорить с сыном. — Артём, это, конечно, не моё дело, но ты ничего не замечаешь в Матвейке? — осторожно спросила мама. — А что с ним не так? Ты о чём? Он себя как-то странно ведёт? — насторожился мужчина. — Нет, я о внешности. Тебя не смущает его внешность? — О чём ты говоришь?© Стелла Кьярри — Ну, например, о цвете его глаз. Ты в курсе, что у голубоглазых родителей не может родиться кареглазый ребёнок? А ещё его волосы… Вы с Катей оба блондины, а Матвей — кудрявый брюнет. Наконец, высказавшись, Анастасия Васильевна с тревогой посмотрела на сына. Она не знала, как он отреагирует, поэтому была готова к любому повороту событий. — Ты на что намекаешь? — насупился Тёма. — На то, что тебе пора задуматься, твой ли это ребёнок… — Ты в своём уме, мама?! Конечно, Матвей — мой сын! А как иначе? — мужчина не на шутку рассердился. — Запросто может быть иначе. Например, если Катя тебя предала и забеременела от другого мужчины, — спокойно произнесла женщина. — Ты это серьёзно?! Я вижу, что ты её не любишь, но чтобы использовать внука для её очернения… Это немыслимо! Это за гранью! — Сынок, я никого не очерняю и никого не использую. Я говорю по фактам: у ребёнка глаза карие, волосы чёрные и вьющиеся. В кого он такой? — продолжила гнуть свою линию мама. — У Катиных родственников есть жгучие брюнеты в роду! Среди наших родственников тоже есть такие! Вспомни хотя бы деда! Он вообще был южанином! — Это не имеет значения. Ты же неглупый, Тёма. Сейчас век развитых технологий, хоть почитай об этом. — Меня не волнуют никакие технологии! У всех правил есть исключения. Человек не машина и не робот. Его организм сложен и непредсказуем. Как можно обвинять Катю в неверности, полагаясь на статьи в интернете? Нет, мама, даже не говори больше об этом, иначе мы прекратим общение! — выпалил Артём и ушёл из дома, оставив мать в смятении. К этому разговору с сыном Анастасия Васильевна возвращалась не раз. С ростом ребёнка ей становилось всё очевиднее, что он не имеет никакого отношения к Артёму. Как-то раз свекровь не выдержала и сказала об этом невестке. — Да как вы смеете?! Вон из моего дома! Не нравится внук — значит, и видеть его не будете! — Катя кричала на свекровь так, что её слышали даже соседи. — Можешь сколько угодно кричать, но рано или поздно правда всё равно вскроется, — спокойно отвечала женщина. С этих пор Анастасия Васильевна прекратила навещать внука и перестала общаться с сыном. Ей было сложно сдерживать себя, чтобы не позвонить Тёме, но другого выхода не было — мужчина не хотел замечать очевидного. И вот спустя почти год молчания Артём наконец сам позвонил матери. — Ты дома? Можно я приеду? С вещами… На время… — Приезжай, конечно, сынок. Твоя комната в твоём полном распоряжении, — Анастасия Васильевна не стала ни о чём расспрашивать Тёму. Она и так поняла, что случилось. Артём прожил у матери почти месяц, пока не нашёл подходящее жильё для съёма. Эта была вынужденная мера. Супруги делили имущество при разводе, и мужчина не хотел лишний раз встречаться с Катей. Всё то время, что Тёма находился у мамы, они практически не общались — только по бытовым вопросам. Анастасия Васильевна считала, что если сын захочет, то сам всё расскажет. А если нет, то она не станет ничего выведывать — и так всё было очевидно. В день переезда, когда Тёма сложил вещи в чемодан и уже собирался выйти из квартиры, он неожиданно расплакался. — Ты чего, сынок? Не надо, не плачь, всё будет нормально, — слёзы навернулись и на глазах Анастасии Васильевны. Ей было так жалко сына, что сердце разрывалось. — Прости, что не слушал тебя. Возможно, если бы я не был таким упрямцем, то развод с Катей не дался мне бы так тяжело… Ты была права — Матвейка не мой сын… Но я так к нему привязался… — Я знаю, — тихо произнесла женщина и стала дальше слушать сына. — Помнишь ту неделю, когда Катя пропала прямо перед свадьбой? Сказала, что хочет устроить девичник в родном городе. Именно тогда она забеременела от своего бывшего. Он, кстати, южанин — кудрявый, кареглазый и черноволосый. Матвейка — буквально его копия! — Ты видел его? — удивлённо спросила мама. — Да, видел. Всё-таки в моей жизни случился анекдот. По работе я улетал в другую страну на две недели, но вернулся раньше. Застал Катю с бывшим прямо дома. Я такой глупец! Всё это время у них были тайные отношения. Катя даже не стала отпираться, сказала, что любит его, а за меня вышла только из-за профессии. Мол, хотела жить на широкую ногу, поэтому разорвала отношения с бывшим, который был не в состоянии её обеспечивать, — сказав это, Артём отвернулся, чтобы мать не видела его слёз. — Сынок, всё будет хорошо. Ты найдёшь свою любовь, поверь мне, — Анастасия Васильевна по-доброму улыбнулась и крепко обняла сына. — Верю, мама, верю. Теперь я всегда буду тебе верить…

— Чтобы ноги вашей здесь больше не было! — сказала теща зятю — Алиса, где ты пропадала весь день?! Я, наверное, тысячу раз тебе звонила! — Жанна Евгеньевна была жутко зла на дочь. В любой другой день Алиса бы испугалась криков матери, которая была довольно властной женщиной, но не сегодня. Сегодня она знала, что достойна похвалы, а не наказания. — Прости, мам, у меня не было возможности ответить тебе. Я проходила стажировку! — с гордостью ответила девушка. — Какую ещё стажировку? Чего ты выдумываешь? В девятом классе не бывает никаких стажировок! — Жанна Евгеньевна нахмурилась и хотела уже наказать дочь-лгунью, но та перебила её. — Да при чём здесь школа? Я устраиваюсь на работу, мама! Помнишь, я говорила, что Вика из параллельного класса работает на складе? Там нужна была ещё одна девочка, и она позвала меня. — Что за склад? Что ты там собираешься делать? И вообще, как ты планируешь совмещать учёбу и работу? — Это склад с хозтоварами. Работа несложная: надо заполнять всякие бланки, подсчитывать остатки и всё в таком духе. А учёбе это не помешает. Вика работает четыре дня в неделю по несколько часов, естественно, после школы, — протараторила Алиса. — Нет, ты там работать не будешь, даже не надейся! — выпалила мама. — Почему? Я уже договорилась, что завтра выйду. Мама, ты не можешь мне запретить! — Ещё как могу! — процедила Жанна Евгеньевна.— Но если я тебе разрешу, то только с одним условием! — Каким? — Половину зарплаты будешь отдавать мне. Должна же ты вносить в нашу семью хоть какой-то вклад. Если будешь работать, то убирать и готовить придётся мне, а я не намерена содержать разгильдяйку! — Хорошо, я согласна. Буду отдавать тебе половину зарплаты, — опустив глаза, согласилась Алиса. С этих пор шестнадцатилетняя девушка стала работать. После школы у неё был ровно час, чтобы пообедать, отдохнуть, сделать уроки и побежать в соседний район, где находился склад с хозтоварами. Алиса никогда не думала, что ей придётся так рано устраиваться на работу. Но другого выхода у неё не было. Недавно её отец ушёл из семьи, сказав, что устал от несговорчивого характера супруги. Жанна Евгеньевна действительно была своеобразной женщиной. Она была грубой, вспыльчивой, нетерпимой к чужим ошибкам, часто несправедливой и чёрствой в проявлении собственных чувств. В глубине души Алиса прекрасно понимала отца. Жить под одной крышей с такой женщиной было невыносимо. Помимо Алисы, в их семье было ещё двое детей: шестилетний Семён и восьмилетний Егор. Сестра очень любила братьев, но именно из-за них ей приходилось особенно тяжко. Мать души не чаяла в сыновьях, поэтому часто срывала зло именно на старшей дочери. Когда супруг бросил семью, Жанна Евгеньевна сразу сказала Алисе: — От меня карманных денег не жди. Проси у отца. Его алиментов даже на хлеб с маслом не хватает! С этого дня Алиса стала мечтать поскорее устроиться на работу. Она была подростком, и ей хотелось ходить с друзьями в кафе, развлекаться, покупать всякие мелочи в магазине, но без денег это было невозможно. И вот, устроившись на склад, девушка стала потихоньку получать зарплату. Даже несмотря на то, что ей приходилось отдавать матери половину выплат, ей всё равно хватало на развлечения. Так прошло несколько лет. Алиса окончила школу, поступила в техникум, потом устроилась на нормальную работу, познакомилась с парнем и вышла за него замуж. Всё это время она продолжала общаться с матерью и регулярно приезжала к ней, чтобы повидаться с братьями. И хотя Алиса давно выросла и создала собственную семью, но отношение Жанны Евгеньевны к ней не менялось. При каждой встрече мать продолжала отчитывать дочь и учить её жизни. Она больше не требовала отдавать ей половину зарплаты, но находила другие способы выбивать у неё деньги. — Алиска, когда к нам приедешь? У нас крупы закончились, надо бы побольше купить. — Не знаю, наверное, в воскресенье. А что именно вам надо? — Макароны, рис, гречку — всё надо! Я тебе потом список вышлю. — Хорошо, высылай. Каждый раз, когда Алиса сообщала, что собирается в гости, Жанна Евгеньевна высылала ей внушительный список покупок. В нём значились не только макароны и крупы, но и дорогие морепродукты, отборное мясо, экзотические фрукты, деликатесы. Если Алиса не привозила что-то из этого, мать начинала скандалить. — А где форель?! Я тебя просила купить красную рыбу! Ты что, забыла? — Нет, мелкую я не нашла, а крупная стоила около пяти тысяч. — И что? Ты пожалела денег на меня? Вот же неблагодарная! Я вас с братьями в одиночку растила, а ты даже красной рыбой мать не можешь побаловать! Совсем совесть потеряла! — кричала женщина, не стесняясь присутствия сыновей-подростков. — Мам, если я буду тратить всю зарплату на продукты, то на что буду жить я? — А муж тебе для чего? Пусть он тебя обеспечивает! Зачем тогда замуж выходила? — кипела от злости женщина. С супругом дочери Жанна Евгеньевна практически не общалась. Видя, как тёща эксплуатирует жену, Валера наотрез отказался приезжать к ней. — Извини, Алис, но я не могу смотреть, как мать помыкает тобой. Как ты выносишь всё это? Неужели тебе не хочется поставить её на место? Зачем покупаешь всё, о чём она просит? Возьми гостинцы по своему усмотрению, и хватит на этом. — Понимаю твоё недовольство, но там ведь живут мои братья. Как я их брошу? — А при чём здесь братья? Они уже подростки, не нужно с ними возиться. В их возрасте я уже сам зарабатывал, раздавая листовки. К тому же твоя мать работает и получает алименты. Они не голодают, Алиса! Не нужно всё время носить им мешки с продуктами. У тебя есть своя семья, о которой нужно заботиться. — Может, ты и прав, — задумчиво проговорила Алиса, — но если я откажусь покупать то, что просит мама, она просто вычеркнет меня из своей жизни. — Знаешь, такую мать я бы и сам рад был вычеркнуть из жизни, — горько усмехнувшись, сказал Валера. Он ещё долго уговаривал жену, чтобы та нашла в себе силы отказаться от токсичных отношений с мамой и начала жить своей жизнью, но Алиса чувствовала себя обязанной. Как-то раз Жанна Евгеньевна позвонила дочери и пригласила её с мужем в гости. — Пусть Валерий тоже приезжает. Хочу поговорить с вами обоими. Жду вас в субботу с тортиком. Алиса была удивлена, что на этот раз мать не стала высылать ей огромный список пожеланий, а лишь попросила купить десерт к чаю. — Чего это она такая добренькая стала? — Валера сразу почуял неладное. — Говорила же, что мама изменится. Наверное, чувствует, что скоро одна останется. Братья вырастут и разъедутся, кто её навещать будет? — Ты, конечно! — иронично усмехнулся муж и добавил: — С огромными пакетами продуктов! — Да ладно тебе ёрничать! Лучше настраивайся на субботу. У мамы для нас какие-то новости. — Даже страшно думать об этом, — буркнул в ответ мужчина. Валера не зря переживал по этому поводу. Когда они пришли к Жанне Евгеньевне, она вела себя неестественно приветливо, что ещё больше насторожило супругов. — Так вот, детишки, я хотела поговорить с вами об этой квартире, — тёща начала издалека, но её тон не предвещал ничего хорошего. — А что с этой квартирой не так? — спросил Валера. — Всё так. Отличная квартира! Но вы ведь понимаете, что после моей кончины она будет вашей? — Вы собрались в иной мир? — зять не смог сдержаться и рассмеялся, но под строгим взглядом тёщи быстро успокоился. — Когда-нибудь это случится, но сейчас мне нужна ваша помощь. Я хочу, чтобы вы взяли на себя обязательства по оплате коммунальных услуг этой квартиры. Она ведь всё-таки ваша будет, — сказав это, Жанна Евгеньевна в упор посмотрела сначала на дочь, а потом на зятя. Услышав об этом, супруги потеряли дар речи. — То есть это как? — наконец, спросила Алиса — А вот так! С этого дня я буду высылать вам квитанции, а вы — оплачивать их! — То есть мы должны платить за квартиру, в которой вы живёте? — как и супруга, Валера не сразу понял, чего от них хочет тёща. — Именно! — воскликнула Жанна Евгеньевна. — С какого перепугу? С чего мы должны оплачивать ваши коммунальные расходы?! — возмутился мужчина. — Ты что, глухой? Я же сказала: эта квартира достанется вам, значит, и платить за неё должны вы, — нахмурившись, ответила тёща. — Но, мама! У этой квартиры пять собственников: я с братьями и ты с отцом. Это неправда, что она достанется нам! — возмущённо воскликнула Алиса. — Твои братья ещё несовершеннолетние, чтобы платить за неё, отец — неизвестно где, а я заслужила жить в своё удовольствие, а не тратить бешеные деньги на коммунальные услуги. — А мы, по-твоему, должны их тратить? У нас и своя квартира в ипотеке. Мы и коммуналку за неё платим, и банку деньги отдаём, а ещё несколько раз в месяц я заполняю ваш холодильник до отказа! — Ты что, попрекаешь мать хлебом?! — во всё горло крикнула Жанна Евгеньевна. Алиса не собиралась молчать. Она была настолько поражена наглостью матери, что вдруг решила поставить её на место: — Хватит манипулировать мной! Я больше не позволю использовать себя в качестве мешка с деньгами! У нас своя семья, и мы не обязаны оплачивать ваши счета только потому, что ты когда-то родила меня. Я вообще тебя об этом не просила! Была бы возможность, я бы тогда с отцом уехала… — Ах вот как ты заговорила?! Неблагодарная! Ну и убирайтесь отсюда! И чтобы ноги вашей здесь больше не было! — сказала теща. Лицо Жанны Евгеньевны исказилось от гнева. Она была так зла на дочь, что, если бы Валера не сидел рядом, наверняка надавала бы ей оплеух, как в детстве. — Ну и уйдём! И не звони мне больше! Я рада, что, наконец, освободилась от твоего давления! — твёрдо заявила Алиса. Валера, хоть и не любил скандалы, но этой ссоре даже обрадовался. — Да, Алис, пойдём. Здесь нам больше делать нечего, — сказал он. После этого вечера Алиса перестала навещать мать. С братьями она встречалась или в парке, или приглашала их к себе в гости. Поначалу Жанна Евгеньевна никак не реагировала на эти встречи, но потом стала настраивать сыновей против дочери. Алису это сильно возмутило. Она каждый день звонила братьям, интересовалась их жизнью и даже помогала с уроками по видеосвязи. Только это сохранило их отношения. Спустя несколько лет и Семён, и Егор съехали от матери. У них началась своя жизнь. В этот момент Жанна Евгеньевна осознала, насколько одинокой она стала. Как-то раз мать даже попыталась помириться с дочерью, но безуспешно. Алиса не хотела возобновлять с ней отношения. Валера же был искренне счастлив, что супруга наконец обрела внутреннюю свободу и научилась ценить себя. Пусть на этот путь ушло много лет, и он был непростым, но главное — она смогла защитить себя и своё будущее, которое заключалось не в наследственной квартире матери, а в душевном спокойствии.

Мама плохого не пожелает Анна стояла у окна, задумчиво глядя на вечерний город. Год назад она вышла замуж за Михаила, и этот год казался ей самым счастливым временем в жизни. Они познакомились в университете, где Анна училась на филологическом факультете, а Михаил — на экономическом. Когда любимый сделал ей предложение, она согласилась, не раздумывая. Свекровь, Елена Петровна, всегда казалась ей строгой, но справедливой женщиной. Она работала главным бухгалтером в крупной компании и привыкла всё держать под контролем. Анна старалась соответствовать её ожиданиям: готовила вкусные ужины, поддерживала порядок в доме и даже начала изучать основы финансовой грамотности, чтобы угодить свекрови. С матерью Миша не советовался по поводу женитьбы, поэтому свое мнение о невестке Елена Петровна до поры до времени держала при себе и встрепенулась только когда сын с невесткой заговорили о детях. Михаил вернулся домой поздно. Анна услышала, как хлопнула входная дверь, и поспешила встретить его. — Привет, любимый! Как прошёл день? — Привет. День был тяжёлым, но ничего особенного. Как ты? — Михаил устало улыбнулся. — Всё хорошо. Ужинать будешь? — Да, конечно. Голодный как волк. Пока Михаил переодевался, Анна накрыла стол. Когда они сели ужинать, в дверь позвонили. — Наверное, это мама. Она обещала зайти, — предположил Михаил. Елена Петровна вошла в квартиру, как всегда, элегантная и собранная. — Добрый вечер, — поздоровалась свекровь. — Как ваши дела? — Всё хорошо, мама, — ответил Михаил. — Присаживайся к столу. — Нет, спасибо, я уже поела. У меня к вам разговор. Анна напряглась. Она не любила, когда свекровь говорила таким тоном. — О чём ты хочешь поговорить? — спросил Михаил, отложив вилку. — О вашем браке. Я долго думала и решила, что нам нужно обсудить некоторые вопросы, — Елена Петровна присела за стол. Анна почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Она не могла понять, к чему ведёт свекровь. — Какие вопросы? — осторожно спросила она. — Анна, не перебивай, — строго сказала Елена Петровна. — Я хочу поговорить с сыном. Михаил переглянулся с женой, но ничего не сказал. Анна занялась чаем, чтобы успокоиться. — Миша, ты знаешь, что я всегда заботилась о твоём будущем, — начала Елена Петровна. — И сейчас я вижу, что твой брак и дети могут помешать твоим карьерным амбициям. — О чём ты говоришь? Что значит «помешать»? — Михаил нахмурился. — Твоя жена — хороший человек, — продолжала свекровь, игнорируя вопрос сына. — Но она не подходит тебе на долгосрочную перспективу. Анна открыла рот от слов свекрови. — Мама, что ты имеешь в виду?! — Я имею в виду, что Анна — преподаватель литературы. У неё нет перспектив в плане заработка. А ты, Миша, должен думать о будущем. — Я думаю о будущем, — тихо сказала Анна. — И я готова работать, учиться, делать всё, чтобы помогать Михаилу. — Помогать? — Елена Петровна усмехнулась. — Анечка, ты даже не представляешь, о каких суммах идёт речь. Михаил может достичь гораздо большего, если будет с женщиной, которая понимает, как вести бизнес. — Мама, хватит! Я не буду обсуждать жену в таком ключе. — Сядь, — Елена Петровна подняла руку. — Я ещё не закончила. Я предлагаю рассмотреть другие варианты. — Какие варианты? Жен?! — Анна решила, что это шутка и выдавила смешок. Вот только свекровь не шутила. — Я знаю нескольких подходящих девушек из хороших семей, с образованием и связями. Вы поторопились узаконить брак, но пока ничего не нажили, я предлагаю вам разойтись полюбовно. — Ты не в себе? — Михаил уставился на мать. — Как ты можешь такое говорить? — Я забочусь о твоём будущем, — спокойно ответила Елена Петровна. — Ты должен понимать, что брак — это не только чувства, но и расчёт. По любви уже было, теперь пора подумать о детях. А дети не должны родиться в бесперспективном браке. Анна не могла больше сдерживаться. Она встала из-за стола, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. — Миша, — прошептала она. — Скажи ей, что это безумие. Михаил смотрел на мать, не в силах поверить в происходящее. Его мать, женщина, которую он всегда считал образцом мудрости и рассудительности, сейчас предлагала ему бросить жену. Жену, которую он любил всем сердцем, с которой планировал прожить всю жизнь. — Нет, мам. Аня — моя жена, и я не собираюсь её бросать. — Михаил, послушай меня, — Елена Петровна сохраняла удивительное спокойствие. — Ты ещё молод, у тебя всё впереди. Нельзя связывать себя с человеком, который не сможет поддержать твой рост. — Елена Петровна, как вы можете? Вы же знаете, что я готова учиться, развиваться, помогать Михаилу во всём! Почему вы поменяли отношение ко мне? У нас же все было хорошо! — Дорогая, — свекровь снисходительно улыбнулась. — Амбиции похвальны, но реальность такова, что преподаватель в школе вряд ли сможет соответствовать уровню бизнесмена. — А кто определяет этот уровень? — голос Анны дрожал от гнева. — Вы? — В данном случае — да, — твёрдо ответила Елена Петровна. — Я знаю, о чём говорю. У меня есть опыт и понимание того, как устроена жизнь. — Хватит! — Михаил больше не мог выносить этот бессмысленный разговор. Анна, чувствуя, как слёзы катятся по щекам, выбежала из кухни. Ей было тяжело и неприятно выслушивать такое от довольно близкого человека. — Ой! Ну вот! Я же говорила, что она истеричка! Не может адекватно на критику реагировать. — Мама, прекрати! Ты же знаешь, как я люблю Анну. — Любовь — прекрасное чувство, — ответила Елена Петровна. — Но она не должна мешать твоему развитию. Ты же сам говорил, что хочешь открыть свой бизнес. — И что из того? — Михаил нервно ходил по кухне. — Анна поддержит меня в любом начинании. — Поддержит, но не поможет, — свекровь встала. — Я могу познакомить тебя с девушками, которые не только поддержат, но и внесут реальный вклад в твой проект. Материальный! — Все! Я не собираюсь обсуждать это дальше. Уходи и подумай, стоит ли приходить снова с таким настроем! — Хорошо, — неожиданно легко согласилась Елена Петровна. — Но помни: я забочусь о твоём будущем. Ты ещё поблагодаришь меня за эти слова. Она направилась к выходу, но у двери остановилась: — Анечка, — громко обратилась она к невестке. — Я говорю это не из желания обидеть. Просто прими реальность такой, какая она есть. Ты и сама еще молоденькая и найдешь себе мужчину под стать! Какого-нибудь физрука... Или библиотекаря. Присмотрись, думаю есть в твоем окружении такие мужчины. Дверь захлопнулась: мать оставила Михаила и Анну наедине с их мыслями. В спальне Анна всё ещё плакала, уткнувшись в подушку. Михаил тихо открыл дверь и сел рядом с женой. — Любимая, — прошептал он, обнимая жену. — Не слушай её. Она не права. — Как она могла? — всхлипывала Анна. — Мама иногда бывает слишком категоричной, — Михаил прижал жену к себе. — Но это не значит, что она права. — А если она права? — Анна подняла заплаканное лицо. — Может, я действительно не подхожу тебе? — Нет, — твёрдо ответил Михаил. — Ты — самое ценное, что у меня есть. И я не позволю никому говорить иначе. Даже не слушай ее, перебесится, привыкнет! Давай лучше подумаем над планированием детей, уверен, моя мать поменяет свое мнение, узнав, что ты ждешь ребенка. Анна прижалась к мужу, чувствуя, как постепенно отпускает напряжение. Но в глубине души она знала: этот разговор оставит след в их отношениях. И вопрос о том, прав ли Михаил, отвергая советы матери, будет мучить её ещё долго. Елена Петровна, сидя в своей машине, задумчиво смотрела на окна сына. Она не ожидала, что её план вызовет такую бурю эмоций. Но она была уверена: всё, что она делает, ради будущего Михаила. Даже если для этого придётся разрушить его брак. Следующие дни прошли в напряжённой атмосфере. Михаил пытался вести себя как обычно, но его жена замечала, как он нервно поглядывает на телефон, ожидая сообщений от матери. Анна решила не сидеть сложа руки. Она записалась на курсы финансового менеджмента, начала изучать основы инвестирования и даже составила бизнес-план для небольшого проекта. Она хотела доказать не только свекрови, но и себе, что способна быть той женщиной, которую Елена Петровна хотела видеть рядом с её сыном. Однажды вечером, когда Михаил был на работе, в дверь позвонили. На пороге стояла Елена Петровна с пакетом продуктов. — Я решила приготовить ужин, Миша так любит винегрет... — произнесла она, входя, не дожидаясь приглашения. Ане пришлось отступить, хотя первым желанием было выгнать свекровь и захлопнуть у нее перед носом дверь. — Знаешь, — начала Елена Петровна, нарезая овощи, — я просто беспокоюсь о будущем Михаила. — Я понимаю ваши чувства, — осторожно ответила Анна. — Но разве нельзя поддержать нас, вместо того чтобы пытаться разрушить наш брак? — Я лишь пытаюсь открыть глаза своему сыну на реальность. — Реальность такова, — Анна повернулась к ней, — что мы любим друг друга. И готовы работать над нашим будущим вместе. Елена Петровна вздохнула: — Вы с ним молоды и наивны. Думаете, что любовь решит все проблемы? — Любовь — это основа, — твёрдо ответила Анна. — А всё остальное мы сможем преодолеть. Они какое-то время готовили молча, а затем с работы вернулся Михаил. Увидев мать на кухне, он напрягся: — Мама, разве я приглашал тебя сегодня? — Помогаю Анне с ужином, — спокойно ответила Елена Петровна. — Мы поговорили, и я поняла, что была слишком резка. Михаил недоверчиво посмотрел на мать, но ничего не сказал. За ужином разговор зашёл о планах. Анна рассказала о своих курсах, о бизнес-идее книжного клуба для детей, которую она разрабатывала. Михаил с гордостью слушал жену, а Елена Петровна внимательно наблюдала за ними. — Идея неплохая, — неожиданно произнесла она. — Но вы должны понимать, что путь к успеху будет трудным. — Мы готовы к трудностям, — ответил Михаил. — Главное — мы вместе. После ужина Елена Петровна засобиралась домой. — Я подумаю над своими словами, — сказала она перед уходом. — Возможно, я действительно была слишком категорична. Когда дверь закрылась, Анна и Михаил переглянулись. — Думаешь, она и правда изменила мнение? — спросила Анна. — Не знаю, — честно ответил Михаил. — Но я рад, что мы смогли поговорить. Следующие недели показали, что Елена Петровна действительно изменила своё отношение. Она начала поддерживать Анну, давала советы, хотя и продолжала иногда делать критические замечания. Анна с головой погрузилась в учёбу и работу над своим проектом. Михаил поддерживал её во всём, гордясь тем, как его жена растёт и развивается.© Стелла Кьярри Но спокойствие было обманчивым. Елена Петровна, хоть и изменила тактику, не отказалась от своей главной цели — обеспечить сыну «правильное» будущее. Она просто решила действовать изящнее, используя новые методы влияния на Михаила. Однажды вечером, когда Анна была на занятиях, Михаил получил сообщение от матери: «Встретила одну девушку. Выпускница экономического факультета, стажировалась в крупной компании. Хочу вас познакомить». Михаил долго смотрел на экран телефона, не решаясь его удалить. Он знал, что должен это сделать, но что-то мешало ему. Возможно, красивое фото девушки, которая была гораздо эффектнее, чем жена. Пока муж рассматривал фото, домой вернулась Анна, полная энтузиазма после занятий. Она и не подозревала, что её муж держит в руках сообщение, которое могло изменить их жизнь. Михаил не стал рассказывать жене про сообщение матери, а вместо этого поспешно убрал телефон. — Как прошёл день? — спросил он, стараясь говорить как можно естественнее. — Отлично! — ответила Анна. — У меня появилась новая идея для проекта. Я хочу делать костюмированные литературные встречи для детей, как утренники! Это будет весело. Думаю, можно попробовать получить какой-нибудь гранд для финансирования от Государства. Михаил улыбнулся. Анна продолжала развивать свой проект, Михаил поддерживал её, но в его поведении появилась какая-то отстранённость. Елена Петровна всё чаще звонила сыну, присылая фото «перспективных девушек». Однажды вечером Анна вернулась домой раньше обычного. Она застала Михаила разговаривающим по телефону. Услышав шаги, он быстро завершил разговор. — Милый, что-то случилось? — спросила Анна, чувствуя неладное. — Нет, просто мама звонила, — ответил Михаил, избегая взгляда жены. Правда, Анна хорошо знала мужа и заметила его настроение. Она решила проверить телефон мужа. То, что она увидела, повергло её в шок. Десятки сообщений от матери с фотографиями разных девушек, подробные досье на каждую, предложения о встречах. И самое страшное — несколько ответов Михаила, в которых он соглашался рассмотреть эти варианты. Анна не стала устраивать скандал. Она собрала вещи и уехала к родителям. Михаил очень удивился, он и подумать не мог, что Анна полезет в его телефон... Вместо того чтобы пытаться спасти семью и отказаться от "смотрин" невест, он накинулся на жену с обвинениями, тем самым усугубив ситуацию. К тому же под воздействием матери он уже и сам стал понимать, что есть более красивые, молодые и успешные девушки, которые вполне непрочь с ним встречаться, потому разрыв с Анной был бы вопросом времени, и уж лучше она уйдет сама, чем выставлять ее с чемоданом, или того хуже делить имущество при разводе с появлением детей. — Мам, ты была права, спасибо тебе, — сказал Михаил после очередной встречи с новой девушкой. — Мама плохого не пожелает! — подмигнула Елена Петровна. На днях она видела Анну в одной из библиотек, куда заходила, чтобы отдать так и не прочитанную книгу. Анна в тот момент договаривалась о сотрудничестве, и вскоре ее детский книжный клуб стал работать на базе Государственных библиотек. Она реализовала свой проект, хотя он был не слишком удачный с коммерческой точки зрения, зато блеск в глазах детей и благодарность их родителей за привитую любовь к книгам стала для Анны лучшей наградой. А уж избавление от мужчины, который повелся на доводы матери, и вовсе было бесценно.

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?