Как это было

Школьники на сборе металлолома. СССР. 1980-е.

«Я из крестьян в прямом смысле. В деревне Рамешки, Ярославской области, где я родился, родители никогда бы не поверили, что их Минька когда-нибудь станет народным артистом, о котором узнает вся страна. Хотя друзья и односельчане на сенокосах когда во время перекуров я строил им всякие смешные рожицы, прочили мне: «Быть тебе, Минька, артистом!». Те слова оказались пророческими, меня приглашали на деревенские праздники, свадьбы, где я охотно смешил гостей, плясал цыганочку, барыню, читал басни и т.д. Все это я считаю самой начальной зрительской энергетической подпиткой своей будущей профессии. Так было до самого начала войны. В июле 1941 года, добавив себе год, ушел на фронт. В 1942 году, в августе под Ворошиловградом, был тяжело ранен в ногу. Началась гангрена. В полевом госпитале консилиум принял решение: «Ампутировать!». Я взмолился перед главным хирургом: «Доктор, отрежьте, что хотите, но сохраните ногу, мне иначе никак нельзя: я ведь в мирной жизни… артист!» И случилось чудо: главный хирург меня услышал, и началось терапевтическое лечение, долгое, мучительное, болезненное, но ампутации я избежал. Был готов терпеть любую боль, но лишь бы исцелиться на двух ногах. Когда стало возможно, меня отправили из полевого госпиталя в Москву. Добирался долго, более двух месяцев. Тяжело было, больно. Сейчас во все это трудно поверить, но мне через все довелось пройти. Видно, Господь в момент моего рождения, положил свою ладонь на мою макушку. Или все токмо волею главного хирурга. Потом без всякого блата пошел, хоть и с тросточкой, в Московский Драматический театр. Там уже работали такие звезды как Валентина Серова, Ростислав Плятт, главным режиссером служил народный артист России Николай Горчаков и т.д. Вот так я из окопов внезапно оказался на одном из самых ярких творческих небосклонов театральной столицы». Михаил Пуговкин

«Я в первый класс пошёл в 1943-м. Зима, война… Какой завтрак тебе дома соберут? Чай из трав. Кусок хлеба. А в школе с самого утра топилась печка. После второго урока учительница заваривала чай всё на тех же травах, каждому наливала в его кружку чуть-чуть разведённого сахарина — личного! Открывалась дверь — и дежурный вносил противень, на котором лежали пирожки. С чем уж они были, не помню, но они казались нам самыми вкусными на свете! Мы их ели, прихлёбывая кипяток, а учительница в это время рассказывала разные истории. Это называлось — воспитание! Это называлось — забота! Забота о следующем поколении. С этого начинается воспитание любви к Родине — когда ты чувствуешь заботу Родины о себе». Юрий Соломин

— Я себя люблю постольку-поскольку. Очень часто бываю собой недовольна и, по-моему, у меня достаточно серьезно занижена самооценка. А что касается любви к другим, то основной процент людей я люблю. Материнской любовью. Честное слово! Это, наверное, вообще мой подход к жизни. Что же касается любви вообще, то я просто умираю, если ощущаю себя брошенной, обиженной кем-то, отодвинутой. Мне очень важно понять, объяснить для себя, за что это со мной в жизни произошло. Мой отец (дай Бог ему здоровья!) с раннего детства учил нас с братом: «Ребята, вы должны запомнить одну вещь: хлопнуть дверью очень просто, только очень мало найдется людей, которые потом помогут вам ее открыть». Он учил нас считать до 10, прежде чем высказать или сделать что-то — то есть, приучал нас к строжайшему самоконтролю! И мама у меня была личностью огромного масштаба, с такими правильными ценностями, с такими здоровыми понятиями! И к тому же необыкновенно образованна. Она была очень настоящая, моя мама, царствие ей небесное! Все свое свободное время она проводила за какими-то книгами, записями. Все время работала, все время мыслила. Это тот самый высший момент воспитания, когда тебе не обязательно разговаривать — достаточно просто наблюдать за человеком. От мамы, например, мне досталось совершенно чудесное правило, по которому надо воспитывать детей: «Никогда не требуй от ребенка того, чего ты не делаешь сам». Как это верно! И если у мамы идеальный порядок в шкафу, значит, этот идеальный порядок она может спрашивать и с меня тоже. Во всем этом есть абсолютная справедливость и огромное уважение к нам, детям. У нас была территория, на которую никто никогда не покушался. И я могу сказать, что меня останавливал от каких-то нехороших действий в детстве и юности не мамин контроль, а наоборот — ее большое доверие ко мне. И в том, что у нас с братом правильный подход к жизни, во многом — ее заслуга. Мария Аронова

‍Во время блокады эту маленькую девочку эвакуировали из Ленинграда. Леночка её звали. А фамилию свою она забыла, такая она была маленькая и измученная. Она потеряла всю семью; маму, бабушку, старшего братика... ⠀ А ее нашла специальная бригада истощенных девушек - тогда ходили по квартирам страшной блокадной зимой, искали детей, у которых погибли родители или при смерти были. Вот Леночку нашли и смогли отправить в эвакуацию. Она не помнила, как детей везли в тряском грузовике по льду, не помнила, как попала в детский дом; она маленькая была. Как истощённый гномик с большой головой на тонкой шейке. ⠀ И она уже не хотела кушать. Такое бывает при дистрофии. Она лежала в постельке или сидела на стульчике у печки. Грелась. И молчала. Думали, что Леночка умрет. Много детей умерло уже в эвакуации; сильное истощение, и нет сил жить и кушать. И играть. И дышать... ⠀ И одноногий истопник, фронтовик дядя Коля лет двадцати от роду, свернул из старого полотенца куклу. Как-то подрезал, свернул, пришил, - получилась уродливая кукла. Он химическим карандашом нарисовал кукле глазки и ротик. И носик-закорючку. ⠀ Дал куклу Леночке и сказал серьезно: "ты, Леночка, баюкай куклу. И учи ее кушать хорошо! Ты теперь кукле мама. И уж позаботься о ней получше. А то она болеет и слабая такая. Даже не плачет!". ⠀ И эта Леночка вдруг вцепилась в куклу и прижала ее к себе. И стала баюкать и гладить тонкими ручками. А за обедом кормила куклу кашей, что-то шептала ей ласковое. И сама поела кашу и кусочек хлебца, - кормили не разносолами в эвакуации. ⠀ Ну вот, Леночка и спала с куклой, и у печки ее грела, обнимала ее и хлопотала о кукле. Об уродливой кукле из старого полотенца с нарисованными глазами. ⠀ Девочка выжила. Потому что ей нельзя было умереть, надо заботиться о кукле, понимаете? КОГДА НАДО О КОМ-ТО ЗАБОТИТЬСЯ, - ЭТО ОГРОМНАЯ СИЛА ЖИЗНИ ДЛЯ НЕКОТОРЫХ ЛЮДЕЙ. ⠀ Для таких, как эта девочка. Которая стала медсестрой потом и прожила долгую жизнь. И руки ее были всегда заняты. А сердце - наполнено. Инна Кучерова